Незнание или не овладение языком иврит в полном объеме, незнакомство с законодательством Израиля, незнание инструкций и принятых юридических норм, отсутствие личного капитала и достаточных сбережений, неналаженость связей в обществе - все это обуславливает слабость, неполноту и уязвимость социального и юридического статуса новых граждан Израиля. Репатрианты в гораздо большей степени, чем уроженцы страны, зависят от качества работы исполнительной и полицейско-судебной власти. Новые репатрианты гораздо более уязвимы перед лицом новых законодательных инициатив Кнессета, которые, иногда решая проблемы одних слоев населения ударяют (вольно или невольно) по интересам других социальных групп.

Рассмотрим, например, как обстояло дело с проведением закона  о приватизации социального жилья  (Рана Коэна, Максима Леви и Шеваха Вайса) и  порядке распродажи фонда социального жилья  (Меира Шитрита). Казалось бы, введение закона решало проблему социальной справедливости для тех, кто приехал в Израиль из Северной Африки и Азии в 50-60-е гг.; решало тем, что давало возможность задешево выкупить квартиры Амидара, Амигура, Празот. И все же и закон, и распродажа - оставили открытым вопрос о десятках тысяч очередников из алии 90-ых! Тех наших очередников, которым без предложенной партией Исраэль ба-алия программы долгосрочной аренды жилья попросту негде было бы жить до конца жизни...

Итак,  нам  - это нам. А  мы  - это новые репатрианты 90-х гг. Алия имеет в цифрах огромное численное выражение - более 900 тысяч (преимущественно из СССР-СНГ, а кроме того - из Эфиопии, Латинской Америки, США, Канады и стран Европы).

К тому же, часть алии 70-х и 80-х продолжает ощущать себя репатриантами и поэтому, говоря о  нас  - электорате нашей репатриантской партии, можно с уверенностью говорить об 1 млн человек! Мы - это почти 20% еврейского населения Израиля.

И нам нужна власть.