This page is an archived copy on Gagin.ru personal site



3Internet -- ежемесячное приложение к сети
АрхивРеклама в журналеКнига отзывов
SearchВыходные данныеОбратная связь



Обзоры



Karl Mundt& Co


Бартон Финк (Barton Fink)

США, 1994

Джоел и Этан Коэны
В ролях: Джон Туртурро, Джон Гудман

Бартон, ты явно не в порядке.

В Нью-Йорке тебя носили на руках за дурацкую пьеску... Как это у тебя там -- "Рыба, свежая рыба"? Думаешь о новом театре "обычного человека", болеешь, значит, за наших, а сам накропал Бог знает что! То есть им, конечно, нравится, но ты на себя посмотри -- где, я прошу прощения, удовлеторение от творчества? Не светится? Недоволен? Эх, я бы рассказал тебе историй, да ты ведь меня за чмо держишь (стоп -- это я отвлекся). Ты, вообще, талантливый? Ладно, сам по глазам вижу, что нет. Ты извини, Бартон, что я к тебе пристаю (я-то, в отличие от тебя, человек общительный), но ведь я помочь тебе хочу. Вот ты, вроде как демократ и либеральный либерал, известный писатель, приехал в Лос-Анджелес... Бартон, ты явно запутался в себе. А ведь это плевое дело. Сценарий очередной голливудской поделки -- дешевое меркантильное художество, не стоящее даже несчастных двух тысяч долларов. Побойся Бога, Бартон, и почитай Библию. Стоит ли вкладывать в это душу, если все равно не получится, а ее можно выгодно продать (кстати -- не ты первый, не ты последний)? Открой Библию, Вторую главу Книги Даниила: "Отвечал царь и сказал Халдеям: "слово отступило от меня; если вы не скажете мне сновидения и значения его, то в куски будете изрублены, и домы ваши обратятся в развалины". Теперь закрой и открой снова: "Глава первая.

1. Большой жилой дом в нижнем Манхэттене. С улицы еле доносится шум машин. 2. И привычные крики торговцев рыбой". Видал каково? И это только начало. Садись за свой "Ундервуд" и стучи смело. Напишешь что-то очень важное и красивое о себе самом, то есть о всех нас, -- не этого ли ты хотел еще в Нью-Йорке? Тебе еще, так и быть, дополнительный бонус -- могу познакомить с красоткой с картинки, что висит над твоей пишущей машинкой. Кроме того, я тебе выпишу страховой полис -- это у нас общая процедура для всех клиентов. Грубо говоря -- три в одном, и никаких проблем со сволочами-голливудцами.

А у меня к тебе, собственно, всего три просьбы, даже не просьбы, а так -- плевочка. Во-первых, не садись на алкоголь, поначалу уж, по крайней мере. Во-вторых, принеси мне ксерокс своего паспорта -- страховку по-любому надо оформлять. В-третьих, зови меня просто Чарли. Ой да -- еще одно, последнее. Когда придут два полицейских со смешными фамилиями Дойч и Мастрионотти, не говори им, что я тебе приснился, -- они все равно не поверят. И не спорь с ними, что меня на самом деле зовут Чарли, а не Карл Мар... тьфу... Мундт -- подымут насмех. И все дела -- будешь жив, здоров, в душевном покое и с гениальной книжкой. Ладно, побежал я -- мне тут какой-то Курехин из России позвонил, говорят, тоже способный. Как, ты думаешь, мне лучше ему представиться -- Дойчем или Мастрионотти поблагороднее звучит?

Уолл-стрит (Wall Street)

США, 1987

Режиссер: Оливер Стоун
В ролях: Майкл Дуглас, Чарли Шин, Мартин Шин

В фильме "Уолл-стрит" Оливер Стоун набросился на мир финансовой олигархии, сделавшей, по мнению Стоуна, "алчность" главным идеологическим принципом в современном либеральном обществе, проповедующем демократических ценности и свободную экономику.

"Уолл-стрит" -- увлекательное кино, в котором Майкл Дуглас великолепно изобразил циничного манипулятора, финансовую акулу -- точнее, ящера: его герой Гордон Гекко носит говорящую фамилию вполне в духе персонажей Фонвизина. Гекко -- геккон, ящерица, хладнокровное животное, способное перемещаться по стенам и потолку (то есть нечестно, в нарушение законов притяжения обходить всевозможные препятствия), близкий родственник крокодилов и динозавров. Сюжет фильма прост: Гордон Гекко соблазняет деньгами и легкой жизнью зеленого брокера-юнца, после чего тот, во-первых, неизбежно преступает закон, а, во-вторых, так же неизбежно оказывается предан своим могущественным покровителем. Добро в фильме Стоуна олицетворяет отец юного брокера, механик в авиакомпании, а по совместительству лидер профсоюзного движения.

В одной из своих кульминационных речей Гордон Гекко говорит следующее: "...Алчность -- это хорошо. Алчность -- это правильно. Алчность работает. Алчность проясняет и осмысляет суть духа эволюции. Алчность во всех ее формах -- будь то алчность по отношению к жизни, к деньгам, к любви, к знаниям -- определяет движение вверх, прогресс человечества..."

Гекко проповедует индивидуалистические ценности, амбиции каждой отдельной личности. Стоун, вслед за Марксом, сказавшим, что "буржуазия, положив конец феодальным, патриархальным, идиллическим отношениям, построит мир, в котором одного человека с другим будут связывать лишь мелкособственнические интересы и бездушный обмен наличностью", обвиняет Гекко в том, что тот играет слишком дешево, поставив во главу угла изначально маленький прагматический интерес.

Проблема в том, что Стоун, методично отрицая либеральные, на его взгляд, мелкомещанские ценности современного мира, одновременно констатирует, что мир функционирует исключительно в соответствии с этой формулой. В результате в таком "плохом" мире, по мнению Стоуна, конечно, можно нарушать закон и подличать. Вина юного брокера не в том, что он, скажем, нечестным путем добывал информацию. Вина его в том, что он -- брокер, и именно за это должен сидеть (лечиться) в тюрьме. Не случайно несколько лет спустя левый социалист Стоун снял фильм "Прирожденные убийцы", где довел эту идею до ее логического и потому уже откровенно безнравственного предела.


Valid-In-Valid


Гаттака (Gattaca)

США, 1997

Режиссер: Эндрю Никкол
В ролях: Итан Хоук, Ума Терман

www.spe.sony.com/Pictures/
SonyMovies/movies/Gattaca/

"Валидность" определяется просто -- по ДНК. Мир недалекого будущего, изображенный в научно-философско-фантастическом триллере "Гаттака", исключительно неполиткорректен: люди в нем c рождения делятся на "валидных" и "ин-валидных" (не-валидных -- In-Valids -- инвалидов). Валидные составляют высшую и единственную касту будущих космонавтов, учеников в лабораториях "Гаттаки", института, где через стилизованные под "новый модерн" стеклопакеты молчаливый валидный может гордо поднять голову и кинуть холодный, уверенный, и вместе с тем слегка мечтательный взгляд на хвост очередной электрички на второе кольцо Сатурна, строго по расписанию бесшумно пшикающей вверх ярко-желтым перевернутым восклицательным знаком. Ин-валидный в это время в лучшем случае драит и без того стерильные коридоры "Гаттаки". В худшем -- его туда вообще не пустят. Валидных генетики рассчитывают на компьютере, выбирая наиболее удачные из почти бесконечных сочетаний хромосом. Как справедливо говорят родителям врачи: "Это -- тоже вы. Только это -- ваши лучшие стороны". У валидных хорошо развиты физические способности, они не предрасположены к полноте, раку или алкоголизму -- заказывать такой набор дураков нет. Ин-валидные, или "дети божьи" -- те, кто был зачат и рожден привычным естественным путем. У них практически нет шансов: видимо, 10-процентной склонности к инсультам вполне достаточно, чтобы чиновник "Гаттаки" не стал с вами разговаривать.

Фильм рассказывает о попытке ин-валида -- нормального с нашей точки зрения человека -- проникнуть в учебные классы "Гаттаки" с тем, чтобы единственно возможным способом осуществить свою единственную мечту: улететь в космос. Для этого он заключает нелегальную сделку с "валидным инвалидом", стопроцентно генетически здоровым человеком, волею несчастного случая разбитым в параличе: генетики -- не пророки и не страхуют от пожаров и стихийных бедствий. Используя великолепные кровь, мочу, волосы и отчеты о сердцебиении паралитика, ин-валид проходит все необходимые тесты, а в электричке резервирует за собой лучшее место у окна. Ин-валидный валид вместе с валидным инвалидом, слившись в единое целое, подобно родительским генам в пустой пробирке, образуют собой новое существо, способное активно противостоять новой идеологии сверхсовременного общества.

Несмотря на потенциально правдоподобные философско-научные изыскания Эндрю Никкола, равно как и вполне правомерные аллюзии на современность -- возможна ли абсолютная расовая политкорректность? возможна ли, например, политкорректность в спорте, где горбуна навряд ли возьмут в баскетбольную секцию? -- фильм "Гаттака" наравне с банальными, хоть и весьма актуальными этическими проблемами не забывает о вопросе, возможно, не менее существенном и уж наверняка весьма любопытном: насколько привлекательно будущее с эстетической точки зрения? Социально озабоченный ин-валидный валид начинает утро с того, что счищает с себя умирающие клетки (этакое интенсивное умывание), а вечером наслаждается новым гениальным исполнением "К Элизе" Бетховена -- упс! пианист-то о двенадцати пальцах -- то ли шельма, то ли вундеркинд.

Будущее -- пространство, во-первых, эстетическое, а во-вторых, вполне определенное географически: оно расположилось в космосе. Именно туда, в будущее, направились 38 калифорнийских попугаев, если, конечно, не опоздали на комету-автобус. Космос -- бесконечно притягательный мир холодного однообразия: все ходят в кроссовках Nike, мерно, спокойно-содержательно покачивая отмытыми от ненужного протеина чисто выглаженными ресницами.

Конечно, вопрос об эстетической привлекательности в таком фантастическом фильме, как "Гаттака", выражается в риторическом поигрывании изначально утрированными художественными образами, обреченными на нереальность: слишком чисто, слишком холодно, слишком безэмоционально и осмысленно-грустно: гаттакцы никогда не шутят и, пожалуй, даже не улыбаются. Это всегда риторика -- угадывать будущее, каждый божий день оборачивающееся настоящим, а на следующий -- безвозвратно исчезающее в прошлом. История социально обделенного, обиженного на мир ин-валида -- даже двух в одном -- все равно показательна: он живет в таком настоящем, в котором наше настоящее -- уже недавнее прошлое, и готов тоннами таскать на анализы чужую мочу и скоблить ресницы, лишь бы контролеры не ссадили его с электрички. И ему наплевать, как на следующей остановке устроена социальная система (иначе бы он остался дома), но страсть как не терпится послушать, что они там сделали с Бетховеном.

Миша Фишман
fishman@observer.ru



3 FAQСледующий материалКнига отзывов
К оглавлениюПредыдущий материалОбратная связь

Журнал "Интернет". Регистрационное свидетельство Госкомпечати РФ N. 016370 от 16.07.1997 г. Распространяется через сети розничной торговли, через компьютерные сети, а также путем подписки. Мнение редакции по тем или иным вопросам может не всегда совпадать с мнениями авторов. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. Перепечтка или копирование запрещены, при цитировании ссылка на журнал "Интернет" обязательна.
Copyright © 1997-1998 Журнал "Internet"
Copyright © 1997-1998 Netskate
Netskate E-mail: imag@netskate.ru
Телефон: 245-45-84