This page is an archived copy on Gagin.ru personal site



2Internet -- ежемесячное приложение к сети
АрхивРеклама в журналеКнига отзывов
SearchВыходные данныеОбратная связь



Обзоры



Продукция им. Горького


"Мама, не горюй"
Режиссер: Максим Пежемский

"Тело будет предано земле. А старший мичман будет петь"
Режиссер: Илья Макаров
Россия, 1998

Кризис российского кино, о котором столь долго говорили все, на первый взгляд, закончился. Студии выдают по несколько фильмов в месяц, сценаристы работают без выходных, актерам платят гонорары, операторы снимают через розовые фильтры, режиссеры в свободное время пишут мемуары, а продюсеры устраивают пресс-вечеринки. Иногда фильмы отправляются в поездки по западным кинофестивалям. Жизнь кипит.

Кризис не закончился. На самом деле он только начался. Качество отечественной кинопродукции -- будь то "народное кино" "Мосфильма" или стильное модное кино студии Горького -- лучшее тому доказательство.

В конце 1997 года студия Горького прямым текстом, так, чтобы все слышали, заявила о себе как об основном и единственном поставщике современного -- иными словами, развлекательного, молодежного, жанрового, остроумного и непретенциозного -- кино в России. С нее, следовательно, и главный спрос.

Тихо и незаметно прошуршал отменный триллер "Змеиный источник" Николая Лебедева, так и оставшись единственным достойным фильмом студии. Громкая и истеричная "Страна глухих" Валерия Тодоровского, хоть и имеет дело с новой московской реальностью, делает это, во-первых, крайне неуверенно, и оттого нагло и неверно, а во-вторых, рассчитана все же на европейских киногурманов, души не чающих в пустой символике и красивой эстетской картинке.

Два новых "проекта" студии Горького -- два простых веселых фильма: "Мама, не горюй" Максима Пежемского и "Тело будет предано земле. А старший мичман будет петь" Ильи Макарова -- подтверждают самые худшие опасения: студия гордится тем, что ей совершенно нечем радовать публику. Она смело и гордо записывает в свой актив мелкий дешевый стеб на бандитские, наркотические и тусовочные темы.

Оба фильма демонстрируют удивительную легкость коммуникативного характера. Их герои свободно разговаривают, вполне уверенно используя новый русский сленг и чуть реже -- ласковый безобидный "матерок". Они уверены в себе, не боятся зрителя и на пленке чувствуют себя как дома. Их истории рассказаны в легком непритязательном стиле -- сюжет вертится как хочет, никто никому ничего не должен. Это кино снимается по принципу "Наше творчество -- свобода волеизъявления". Криминальный фарс "Мама, не горюй", построенный на распальцовке, "понятиях" и стилизованный под бандитский фольклор, уверен в том, что представляет собой актуальную эксцентрическую комедию. На самом деле он -- в лучшем случае несмешная, неудачная, непрофессиональная поделка. В худшем -- пошлая спекуляция, искренне и с чувством смакующая современный дикий капитализм и его производные. Испытывающая радость оттого, что приобщилась к элегантному, свободному миру "романтиков с большой дороги". Потому что "понятия", как ни крути, вещь серьезная, единственный реально работающий закон жизни.

Фильм "Тело будет предано земле. А старший мичман будет петь" отличает заметно меньшее стилевое и сюжетное единство. Он есть лишь разбухшее до двух часов непредсказуемое зрелище на те же темы, с добавлением других "модных" мотивов -- альтернативной музыки, клубной жизни, гомосексуализма, наркотиков и т.п., к концу превращаясь в пустую пародию на фильм "Бешеные псы" и/или ему подобные, которой наверняка позавидовал бы сам Лесли Нильсен сотоварищи. Парадоксальный факт: с одной стороны, в воздухе висит мнение, что Тарантино устарел, с другой -- он все же подходит в качестве исходного материала. Словоблудие "Мичмана" -- неверно понятый Тарантино. Такой Тарантино, наверное, действительно устарел.

Студия Горького не снимает жанрового кино, как обещала. Чтобы снимать жанровое кино, необходим минимальный профессионализм, отсутствующий у ее авторов. Куда проще завернуть этакое зрелище и не опускаться до детективов и триллеров. Но основная беда даже не в этом, а в той абсолютной космической пустоте и выставляемой напоказ бессмыслице, коей веет от последних экземпляров продукции им. Горького. Эти фильмы гордятся тем, что они бессодержательны. Их авторам нечего стыдиться -- они честно отображают ту веселую жизнь, которую видят вокруг себя. В которой, видимо, преимущественно наличествуют кокаин, сотовые телефоны, дорогие машины и дешевые амбиции.

Покровительствуя мелким студиям, производящим подобное искусство, студия Горького наносит своему еще не окончательно оформленному имиджу такой ущерб, что, право слово, мама, не горюй.

Тарантиномания


"Джеки Браун" (Jackie Brown)
США, 1997
Режиссер: Квентин Тарантино
В ролях: Пэм Грайер, Сэмюэл Л. Джексон, Роберт Форстер, Майкл Китон, Роберт Де Ниро, Бриджит Фонда

jackiebrown.co.uk

Орделл: Слушай, я терпеть не могу быть ниггером, который делает ниггеру одолжение, а потом -- БАМ -- задает ниггеру трепку в награду за свои же собственные услуги. Но, похоже, я именно такой ниггер.
Бомон: Что?

Никита Михалков должен испытывать чувство бесконечной признательности к Клинту Иствуду, известному актеру и режиссеру, а по совместительству председателю жюри Каннского кинофестиваля 1994 года, лишившему его Золотой пальмовой ветви. Тогда он сильно обиделся: главный приз достался Pulp Fiction Квентина Тарантино, а Никита остался со скромненьким Гран-при со своим утомленным солнцем шедевром. Никита заявил, что ноги его больше не будет в Канне, потому что в кино там разбираются так же, как он -- в строении зубов флоридских аллигаторов. Теперь Михалков вспоминает Канн с благодарностью -- пронесло. Признаем за очевидное тот факт, что не Канну обязан фильм Pulp Fiction своей огромной популярностью, восторгом, коим откликнулся он в некрепких душах кинозрителей. Pulp Fiction получил бы свое и так. Но в мае 1994 никто не подозревал, с каким радиусом поражения взорвется Pulp Fiction -- макулатурный дождь все еще льет над Европой, в России только начали сочинять бездарные пародии (см. соседнюю страницу). Интуиция и вкус не подвели Иствуда, а Михалков даже не догадывался, о чем, собственно, идет речь. Знай Никита заранее, он не грозил бы кулаком бедняге Иствуду и не кричал про круговую поруку, нагло распространившуюся в стране бездарных янки. Он покорненько получил бы свой Гран-при и уехал счастливый, что постоял рядом с Историей и ему повезло выпить с ней на одном фуршете. Хотя нет -- на фуршет он, конечно, не пришел. Иствуд избавил Михалкова от стыда -- чувства, впрочем, тому неведомого.

Тарантино быстро смекнул, что станет заложником собственного успеха: ему не повезло -- он снял слишком хороший фильм. Недоумевали даже стройные ряды болельщиков -- что бедняга будет делать дальше? Как жить художнику, обладающему знанием, что свою лучшую картину он уже написал? В одну реку не входят дважды. Тарантино понимал это не хуже других. Собственно, он был единственным, кто понимал это вполне отчетливо. Он сообразил, в частности, что толпа, разочаровавшись в собственных ожиданиях (а она все равно ждет второго Pulp Fiction), подвергнет "Джеки Браун" беспощадному остракизму. Поэтому он написал к фильму специальное вступление.

Орделл Робби торгует оружием в Калифорнии. Ему сильно за сорок, он одет в стильную шелковую рубашку от Hugo Boss, а лысеющую голову прикрывает не менее стильным беретиком. Таких беретиков у него целый гербарий. Он смотрит демо-пленку "Девочки с автоматами": девушки в бикини, расписывающие достоинства того или иного вида огнестрельного оружия. Орделл комментирует: "Этот автомат -- дорогая австрийская штука. Мои клиенты про него не знают -- вот и спроса нет. Но ты запихни эту штуку в кино -- каждый ублюдок захочет себе такой же. Когда пошло гонконгское кино, каждому ниггеру подавай 45-й. И не один, а два -- как в "Наемном убийце". Ниггер тоже хочет быть "киллером". Но ниггер не знает, а в кино про этого ничего не сказано -- 45-й заедает. Я всегда стараюсь уговорить их взять 9-миллиметровый -- то же самое, и без этих идиотских проблем. Но этим ниггерам -- им ведь не объяснишь. У "киллера" был 45-й, они тоже хотят 45-й. Хоть ты тресни".

Кроме очевидной идеи о том, что реклама -- двигатель торговли, бандит Орделл имеет в виду еще одну серьезную мысль: зрителю, видите ли, подавай то, что он уже видел. Ему западло быть полигоном для чьих-то там экспериментов. Он желает Джона Ву -- слышал, что Тарантино его любит, -- вот и хочет дешевую стильную игрушку. Он предпочел бы еще раз посмотреть Pulp Fiction -- если как-нибудь так хитро договориться, что как будто это уже не Pulp Fiction, а, скажем, "Джеки Браун". А на худой конец сошел бы и Джон Ву -- интеллектуально не напряжный. Легкий для чтения. Опять-таки уже виденный. Это как с музыкой -- знакомую мелодию слушать всегда приятнее.

Процитированный монолог -- предупреждение, что фильм "Джеки Браун" устроен принципиально иначе, чем Pulp Fiction. Когда Винсент Вега и Джулс Уинсфилд болтали о парижских биг-маках и амстердамской конопле, суть их разговора сводилась к биг-макам и конопле. В этом и был весь смысл. И потому слушать их -- занятие исключительно благодарное и веселое. Смотря "Джеки Браун", придется напрячь уши и голову -- серьезные ребята просто так не болтают языком. "Ну-у, -- подумают про себя поклонники Pulp Fiction, а в нынешние времена -- "Анаконды", "Воскрешения чужого" и, к примеру, "Рассекая волны", -- мы так не договаривались". А вслух скажут: "Тарантино себя изжил. Очень жаль". И ничтоже сумняшеся пойдут ловить кайф от продукции студии Горького (см. соседнюю страницу).

Все равно его разложат по полочкам. Скачают сценарий на www.godamongdirectors.com/ scripts/jackiebrown.txt. Изучат и закажут саундтрэк на www.maverickrc.com/jackiebrown/. Посвятят отпуск изучению "скрытых маленьких деталей". Будут обсуждать их в приватных беседах. Будут получать удовольствие. Собственно, процесс уже пошел. А сзади семенит коленками Михалков со своей развесистой сибирской клюквой.

Миша ФИШМАН
fishman@observer.ru



2 FAQСледующий материалКнига отзывов
К оглавлениюПредыдущий материалОбратная связь

Журнал "Интернет". Регистрационное свидетельство Госкомпечати РФ N. 016370 от 16.07.1997 г. Распространяется через сети розничной торговли, через компьютерные сети, а также путем подписки. Мнение редакции по тем или иным вопросам может не всегда совпадать с мнениями авторов. Редакция не несет ответственности за содержание рекламных материалов. Перепечтка или копирование запрещены, при цитировании ссылка на журнал "Интернет" обязательна.
Copyright © 1997-1998 Журнал "Internet"
Copyright © 1997-1998 Netskate
Netskate E-mail: imag@netskate.ru
Телефон: 245-45-84