This page is an archived copy on Gagin.ru personal site

InterNet magazine, number 22
Среда
Олег Ельцов

Mr.Parker

Максим Кононенко, больше известный в рунете как мистер Паркер, — настоящий человек-оркестр. Он программирует, участвует в организации литературного конкурса «Тенета», пишет прозу и создает в интернете не имеющие аналогов гуманитарные проекты. При его участии появились на свет www.lenin.ru, www.dantes.ru, www.notmywar.ru, www.luna.msk.ru. Кроме того, он ведет в газете «Вести» колонку «Русский POP» (www.vesti.ru/pop/). Тридцатого мая мистер Паркер стал «человеком года» по результатам голосования «РОТОР» — «Русский онлайн-топ», которое проводится среди видных сетевых деятелей и членов Содружества Он-Лайн Периодических Изданий «ЕЖЕ» (www.ezhe.ru). Но даже если бы этого не произошло, мы все равно взяли бы у мистера Паркера интервью. Как сказал бы изобретатель слова «рунет» Великий Дядя Раффи Асланбеков (www.ezhe.ru/uncle/), оно того стоит.

— Когда-то тебя знали прежде всего как литератора, который стал лауреатом «Тенет-95» и занял второе место в категории «Рассказы» на «Тенетах-96». Какое участие ты сейчас принимаешь в этом конкурсе?

— Официально я координирую профессиональное жюри. Реально я фактически представляю конкурс в Москве, поскольку почти все остальные члены оргкомитета живут не в России. То есть приходилось заниматься вопросами спонсорства и, видимо, придется заниматься церемонией награждения. Все это, конечно, здорово, но гораздо больше мне хотелось бы вернуться в «Тенета» на правах участника — ощущение победы, а я выиграл самые первые «Тенета» — незабываемо. Но никак не получается выкроить время на занятия литературой.

— Недавно массу шума в русском интернете наделало открытие в России «Лунного консульства» (www.luna.msk.ru), предложившего любому желающему купить участок на Луне. Насколько нам известно, ты был организатором этой затеи. Скажи честно: ты это всерьез?

— Скажем так — я был одним из организаторов. Как ни относиться к самой концепции Хоупа (человека, объявившего себя «собственником Луны» — прим. ред.) — проект, безусловно, серьезный. Можно сказать, что мы продаем подарки, а можно сказать, что мы продаем недвижимость. Ведь никаких серьезных аргументов против продажи Хоупом земли на Луне не существует. Законы не нарушаются по той простой причине, что нет таких законов. Международные соглашения не нарушаются, потому что Хоуп — частное лицо. Сейчас это — прекрасный подарок (никто из купивших не пожалел), а, быть может, лет через тридцать, когда Хоуп распродаст все размеченные участки — появится армия собственников Луны, с которыми придется мириться. В любом случае проект наделал достаточно шума, чтобы я был им доволен. Да и прибыль он приносит, что приятно.

— Участники проекта «Не моя война» (www.notmywar.ru) не требовали прекращения войны в Чечне, но и не поддерживали ее, ограничиваясь констатацией своей непричастности к действиям обеих сторон. Не кажется ли тебе, что такая позиция («моя хата с краю») была заведомо неконструктивна?

— Нас не интересовала как раз никакая конструктивность — мы просто не хотели обсуждать эту тему. Я полагаю, что люди, подписавшиеся под «Не моей войной», сходятся с нами в одной простой мысли — людей нельзя убивать. Мы ничуть не оправдываем действия Шамиля Басаева и его друзей — они убийцы. Но и русские солдаты, воюющие в Чечне, — убийцы. Более того, любой человек, лишивший жизни себе подобного — убийца. Вот такая идеалистическая интеллигентская позиция. Но на такой буддистской позиции стоит достаточно большое количество людей для того, чтобы дать им возможность высказать свое мнение. А обсуждать конструктивность или неконструктивность этой позиции мы ни с кем не собирались. Мы просто против убийства людей. Кем бы эти люди ни были.

— Чем ты сейчас занят на основной работе, в «ПараГрафе» (www.parallelgraphics.com)?

— В «ПараГрафе» я занимаюсь очень многими вещами. Например, если брать этот год — после того, как я перестал заниматься ядром программы Scene Assembler, я сделал проект виртуального сада для Би-Би-Си (www.bbc.co.uk/thegarden), сейчас работаю над корпоративным сайтом компании, совершенно новым, основной целью которого является показать миру VRML с человеческим лицом. Помимо этого я консультирую web-проекты, генерирую идею. Вот закончу с сайтом — видимо, будет вторая версия Scene Assembler-а. А до Scene Assembler-а был интерфейс VRML Automation, завоевывающий в мире сейчас недюжинную популярность. В общем — отдыхать времени нет.

— Кому сегодня принадлежит проект Lenin.ru — его создателям, «ПараГрафу» или кому-нибудь еще?

— Проект принадлежит его создателям. То есть, Вадиму Гущину, мне, Наташе Стручковой и Леше Науменкову. Без совместного решения этих четырех людей там ничего нельзя изменить.

— Приблизительно полгода назад ты проанонсировал новый проект — сетевое издание книги «Москва—Петушки», где каждая глава будет оформлена каким-нибудь известным «сетевым деятелем». В какой стадии находится этот проект сейчас?

— Этот мегапроект, который я хотел закончить за месяц, растянется, видимо, на год. Дело в том, что выбраны не просто «сетевые деятели», а настоящие сетевые суперзвезды в количестве 45 человек (по количеству глав). Это немалая цифра, даже если бы это были простые люди. Но все они чудовищно заняты. Поэтому до сих пор не все работы собраны. Позволю себе впервые со времени начала проекта назвать его текущий статус: осталось 14 глав. Из 45. То есть дело движется.

— Проект «Убить Пушкина» (www.dantes.ru), помимо культурно-исторических привязок, очевидно, представлял собой попытку еще раз навязать публике невостребованную технологию VRML. Можешь ли ты объяснить, почему этот стандарт представления трехмерки в интернете за столько лет так и не сумел завоевать себе массовую аудиторию?

— Успех «Мавзолея» и «Убить Пушкина» как раз и показывает, что технология не убыточная и вполне себе замечательная. Невостребованной сейчас ее тоже нельзя назвать — VRML нешуточно популярен в Европе. Период охлаждения интереса к нему в Штатах, во многом связанный с крушением SGI и тем, что VRML опередил время, — этот период тоже заканчивается. Интерес к тому, что мы делаем, огромный. Дело в том, что VRML — это фактический стандарт. Все существующие программы трехмерного моделирования, включая сложнейшие инженерные системы для индустриального проектирования, имеют один-единственный обменный формат, поддержанный всеми. Этот формат — VRML. А мы умеем показывать VRML лучше всех в мире. Вот мы и пытались не навязать, а показать публике, что можно делать с помощью этой технологии. Наш новый сайт, надеюсь, попробует сделать VRML еще ближе к людям. Сейчас не те, что четыре года назад, мощности у компьютеров, не те каналы связи, да и броузер не стоит на месте — если четыре года назад дистрибутив VRML-броузера занимал больше четырех мегабайт, то сейчас прозрачно (без участия пользователя) устанавливаемый браузер в зависимости от требуемой функциональности занимает от 500 до 800 килобайт. При этом VRML гораздо функциональнее, скажем, флэша, и уж конечно, компактнее всех существующих форматов представления изображений в интернете. Скажем, в том же виртуальном саду BBC VRML-файл занимает около 30 килобайт. А это — бесконечный мир, населенный разнообразными цветами, насекомыми, животными и птицами. Не существует сегодня в мире другой технологии, которая позволила бы сделать то же самое. Вот-вот выйдет новая версия нашего браузера Cortona (www.parallelgraphics.com/cortona), которая будет еще меньше, еще быстрее и будет еще качественнее рисовать. Время VRML только наступает.

— Почему, в отличие от многих профессиональных программистов, ты не уехал в Штаты?

— Во-первых, мне и здесь хорошо. Во-вторых, тут мои родители. В-третьих, тут все говорят по-русски. В-четвертых, тут можно пить на улице пиво. Причин тысяча. Я с большим уважением отношусь к Штатам, это великая страна — но мне моя страна роднее. А если я решу куда-нибудь уехать, то скорее всего это будет Шри-Ланка.

— Если бы тебе не нужно было зарабатывать деньги и ты мог бы планировать свое время совершенно свободно, какую часть суток ты отводил бы литературе и гуманитарной деятельности и какую — программированию?

— Если бы мне не нужно было зарабатывать деньги, я перестал бы писать программы завтра. Я, честно говоря, несколько устал это делать.

— Как часто ты получаешь ругательные письма от поклонников поп-звезд, о которых ты пишешь в своей колонке «Русский POP»?

— Как ни странно, благодарностей гораздо больше, чем ругани. Впрочем, я редко кого ругаю. У меня два жупела — Филипп Киркоров, поклонники которого не знают, что такое интернет, и группа ДДТ, за которую мне иногда достается. Впрочем, последних я уже перестал упоминать — еще застрелят, не дай бог.

— Наезжают ли твои друзья на тебя за то, что ты слушаешь популярную музыку, и как ты на это реагируешь?

— Глупо наезжать на дождь за то, что он идет. У меня очень разноплановые друзья. Некоторые из них вообще не понимают, как можно слушать любую музыку. Так что я не сильно выделываюсь этим своим хобби.

Если посмотреть несколько проще — ведь я слушаю ту музыку, которую слушает вся страна, весь народ. Что ж тут странного?

— Твои любимые поп-исполнители?

— Они все время меняются. Конечно, есть любовь навсегда — «Аквариум», Tori Amos, Земфира. То, что могу слушать месяцами на автореверсе. Но вообще все время меняются, да.

— Ты был избран человеком года по результатам РОТОРа-2000. Будут ли, по твоему мнению, через 10 лет пользователи интернета в России вспоминать какие бы то ни было имена отцов-основателей (тех, кого мы сейчас к ним причисляем) и будет ли 10 лет спустя существовать какая бы то ни было «сетевая элита»?

— Помнить основателей вряд ли будут. Я всегда провожу параллель с ленинградской рок-тусовкой начала восьмидесятых. Те, кто был в ней, автоматически становились частью одного большого мифа. И я помню, как в годы юности с жадностью ловил любые самые скромные фактики, относящиеся к этому мифу. Сейчас этот миф уже никого не интересует. Кто сейчас помнит имена тех, кто первым подключился в 91 году? Никто. Так же и нас забудут. Причем гораздо раньше, чем через 10 лет. Чтобы не забыли — надо постоянно работать.

— Каких проектов не хватает в рунете и что бы ты еще создал, будь у тебя время?

— Я не могу ответить на вопрос, чего не хватает в русском интернете. Может, я скажу, чего мне не хватает, — а такой ресурс есть, просто я о нем не знаю. Мне очень хочется, например, чтобы у каждого городка и каждой деревни был свой сайт. Чтобы я знал, куда еду. Но это утопия.

Что бы я еще создал? у меня счастливое состояние — идей больше, чем возможностей. Поэтому проекты будут, какие — пока не скажу. Рассказанная идея перестает быть идеей.

— Нравятся ли тебе виртуальные персонажи — и вообще, и какие бы то ни было конкретные?

— Да. Наиболее последовательна Мэри Шелли. Преклоняюсь перед титаническим трудом ее автора. Мне так и не удалось создать ни одного виртуального персонажа. Я как-то попробовал, но Антон Носик меня очень быстро расколол. Нету стилистического таланта. Сразу узнаваем. ;-)

— Приходилось ли тебе вести двойную жизнь в сети?

— У меня как-то не было в этом потребности. С 96 года у меня один почтовый адрес, один номер icq без авторизации, один номер телефона. И никаких проблем я с этим не испытывал и не испытываю. Не было причин пока скрываться. Мистификацию, конечно, хочется сделать. Но успех «Низшего пилотажа», автором которого меня до сих пор считают некоторые люди, уже не повторишь.

— Тебя привлекает идея создать виртуальный персонаж?

— Да.
Я, видимо, еще как-нибудь попробую.


В оглавление номера This page is an archived copy on Gagin.ru personal site