This page is an archived copy on Gagin.ru personal site

InterNet magazine, number 21
Время делу | Впечатления
Антон Носик

Хай-тек в трущобах

Заметки о посещении Индии

Тяга к странствиям не раз приводила меня в такие уголки обитаемой суши, которые в воображении европейца должны ассоциироваться с бедностью, перенаселенностью и общим бытовым неблагополучием трудящихся масс: в Шанхай, Таиланд, Каир, Нефтеюганск, сектор Газы, кварталы гонконгской бедноты и лагеря палестинских беженцев на Западном берегу реки Иордан. Но такой ужасающей нищеты и грязи, как в Индии, я не видел нигде и никогда в своей жизни, и вряд ли я вообще представлял себе, что род человеческий способен существовать в таких, мягко говоря, антисанитарных условиях. Сказать, что миллиард обитателей Индии живет в говне, значило бы сильно преувеличить уровень благосостояния индусов. В столице индийского экономического чуда - городе Бомбей - половина населения попросту ночует на улицах и не имеет крыши над головой.

Слово "трущобы", часто употребляемое в дорожных записках для описания жилищ, где ютятся сотни миллионов индусов, обычно вызывает у носителя русского языка неверные ассоциации - обозначенные, например, корифеем советского языкознания И.В. Сталиным в его докладе XVII съезду партии. "Неизбежным признаком крупных городов буржуазных стран являются трущобы, так называемые рабочие кварталы на окраинах города, представляющие груду темных, сырых, большей частью подвальных, полуразрушенных помещений", - объяснял Сталин, и он был прав: когда мы говорим "трущобы", то подразумеваем просто жилые дома, давно не ремонтированные, и оттого пришедшие в упадок. Но все-таки дома, со стенами и окнами, с потолками и крышами, даже с "подвальными помещениями". Как правило, они имеют фундамент и даже почтовый адрес...

Индийские "трущобы" (slums) - это не останки домов, а просто груды строительного мусора, цементных плит и упаковочных материалов, от картона до целлофана, внешним видом напоминающие городскую свалку в каком-нибудь не слишком чистоплотном мегаполисе. В этих нагромождениях, возникающих где попало - на пустырях, в придорожных кюветах, а то и вдоль взлетно-посадочной полосы Международного бомбейского аэропорта - трудолюбивые местные жители прорыли норы и сделали себе жилье, не дающее защиты ни от жары, ни от дождей, ни от пыли и ветра. Муниципальные власти не признают права жителей этих самых трущоб на обжитую ими территорию и время от времени подгоняют бульдозеры, чтобы сравнять "незаконные постройки" с асфальтом или песком, на котором они образовались... Не случайно значительная часть обитателей индийских городов вообще обошлась без этих сложностей, предпочтя жить, есть, спать, плодиться, размножаться и растить детей непосредственно на асфальте многолюдных улиц.

Два миллиона жителей в одном только Бомбее не имеют доступа к канализации, шесть миллионов - к питьевой воде... На закономерный вопрос, какую долю эти люди составляют от общего населения Бомбея, ответить не может никто, в связи с многолетней успешной работой индийских властей по фальсификации любой демографической статистики. По официальным данным, население Бомбея составляет 12,5 миллионов человек, плотность населения - 16.4 тыс человек на квадратный километр. Более реалистическая оценка говорит о 18-20 миллионах жителей на сегодня и 60 тысячах человек на квадратный километр в черте города (для сравнения: в Лондоне тот же показатель составляет 1200). Все сказанное о Бомбее в полной мере относится к Индии в целом: публикуемые правительством сведения о населении, доходах, рождаемости, смертности, состоянии здоровья и уровне грамотности жителей страны сплошь высосаны из пальца. По официальным данным, за чертой бедности живет всего лишь около 34% населения; резонно предположить, что этой цифрой описывается число тех, кому удалось вырваться из означенной черты...

Экономическое положение жителей страны, хоть и впечатляет стороннего наблюдателя, не является единственной ее достопримечательностью. Отдельно стоит упомянуть некоторые особенности государственного устройства и национально-религиозный расклад. Начать следует с того, что государство в Индии - это чиновники всех уровней, основной своей работой полагающие взимание взяток с простого люда и предпринимателей. Для облегчения этой важной работы в стране за полвека принят изрядный корпус законов, согласно которым гражданам запрещено вообще все - от строительства жилья до владения иностранной валютой. Чтобы обойти все эти законы, нужно делиться с чиновниками и... иметь в кармане иностранный паспорт. Вполне официально в Индии свободными от огромного числа внутренних регуляций признаны так называемые NRI (non-resident Indians), то есть нерезиденты. Этот статус, теоретически предназначенный для эмигрантов, на самом деле незаменим именно для тех, кто постоянно живет в Индии и пилит с ее высшим чиновничеством национальный бюджет - то есть для местных олигархов и элиты деловых кругов. Что касается национального вопроса, то независимая Индия, как известно, обязана своим существованием вековой мечте индийского народа окончательно его решить. У некоторых не слишком сведущих в новейшей истории иностранцев образ Индии ассоциируется с именем Махатмы Ганди и проповедью веротерпимости. На самом деле идеи Махатмы Ганди (предлагавшего индуистам и мусульманам ненадолго прекратить взаимное истребление) не оказали ни малейшего влияния на становление индийской государственности, а сам он был убит единоверцем за недопустимую терпимость к врагам нации незадолго до провозглашения Независимости. С уходом англичан бывшая колония, вопреки заветам Ганди, поделилась на две страны, позднее превратившиеся в три (Восточный Пакистан, отделившись от Западного, стал называться Бангладеш). Цель этого деления была простая: если при англичанах на протяжении нескольких веков индуисты и мусульмане могли убивать друг друга только кустарным образом, методом уличной резни и погромов, то после провозглашения независимости они получили возможность приступить к полноценным межгосударственным войнам с использованием регулярных армий, при поддержке артиллерии, авиации и флота. Чем и продолжают заниматься по настоящее время, обзаведясь ради общего спокойствия ядерными арсеналами по обе стороны индо-пакистанской границы. В свободное от разборок с мусульманским соседом время индусы решают национальный вопрос внутри страны. В настоящее время в Индии проживает не один десяток миллионов недорезанных мусульман, сикхов, тамилов и представителей других национально-религиозных меньшинств, стирание которых с лица земли отнимает много сил у граждан и правительства. Меньшинства в свою очередь находят способ отплатить соседям и власти той же монетой - вспомним хотя бы судьбу Индиры Ганди и ее сына Раджива, не вовремя надумавших окончательно решить сикхский вопрос. Конкретно в Бомбее, этом многонациональном мегаполисе и колыбели плюралистических традиций современной Индии, после завершения разборок между маратхи и гуджарати, основное братание идет между индуистами и мусульманами. Первые режут вторых, вторые организовывают серии взрывов. Подробности можно прочитать в романе Салмана Рушди "Прощальный вздох Мавра", где под именем Рамана Филдинга выведен совершенно реальный политик Бэл Тэккерей, руководитель полувоенной неонацистской организации "Шив сена". Правда, в романе его убивают, а в действительной жизни этот деятель недавно выиграл местные выборы, переименовал Бомбей в Мумбаи и продолжает полновластно править штатом Махараштра...

Таковы вкратце некоторые обстоятельства, на фоне которых творится сегодня пресловутое индийское компьютерное чудо. Над морем нищеты и грязи, коррупции и братоубийства встают небоскребы программистских компаний и гигантские щиты наружной рекламы, где все (прописью: все) рекламируемые наименования начинаются на www и заканчиваются на com. В стране, где число пользователей интернета оценивается в 300.000 человек (что составляет 0,03% от общей численности населения), и политики, и пресса, и олигархи помешаны на идеях электронной коммерции и глобального информационного обмена. На первый взгляд это кажется абсолютным безумием: например, проблему малочисленности пользователей Сети зачинатели коммерческого индийского интернета предполагают решать прокладкой телефонных линий и раздачей компьютеров желающим за счет провайдера. А деньги откуда? Из Америки, откуда ж еще... При всех превратностях последних полутора месяцев на NASDAQ, с заокеанскими инвестициями первопроходцы индийского Интернета никаких проблем не испытывают: желания поучаствовать деньгами в индийском компьютерном чуде ни Алан Гринспэн, ни судья Томас П. Джексон у американских инвесторов не убавили.

Самое поразительное - что это все не блеф, не мыльный пузырь и не очередная виртуальная панама, а совершенно реальный бизнес, данный нам в ощущениях. В Индии действительно ежегодно производится - как по заказам американских компаний, так и для внутреннего рынка - программное обеспечение на миллиарды долларов. У возникающих в Махараштре и Карнатаке технопарков, интернет-колледжей и программистских теплиц есть вполне ощутимая экономическая база и совершенно внятно расписанный бизнес-план на ближайшее пятилетие. При всей невероятности этого утверждения, Индия вполне серьезно претендует сегодня на звание компьютерной сверхдержавы XXI века, и нынешний единоличный держатель этого титула - Дядюшка Сэм - только рад ей в этом помочь деньгами, оборудованием, технологиями и специалистами.

Потому что Индия богата тем товаром, который для развитых стран с каждым годом становится ценнее нефти, золота и любой самой твердой валюты. В Индии есть мозги - причем именно в таком количестве, в каком их сегодня не хватает мировому компьютерному рынку, с его хроническим дефицитом кадров. В Индии, если задаться такой целью, можно ежегодно ставить "к станку" по миллиону квалифицированных, дисциплинированных и сообразительных программистов, способных при грамотном менеджменте довести до ума даже Windows, не говоря уже о каком-нибудь искусственном интеллекте. Все, что для этого нужно - это инфраструктура, способная отобрать, принять, обучить и трудоустроить необходимое количество кандидатов в единицу времени, в рамках глобального программистского конвейера. И такую инфраструктуру создадут. Будь то с помощью индийских властей, или при их активном противодействии. Индийский хай-тек обречен на процветание, даже если по переписи 2001 года выяснится, что число индусов, живущих ниже черты бедности, перевалило за миллиард человек.

При этом сильно ошибется тот, кто подумает, что целью и результатом индийской технологической революции станет превращение самой нищей и грязной страны на Земле в азиатскую Швейцарию. Не будет этого - ни сейчас, ни через 50 лет. Каких бы высот ни добился индийский хай-тек, какими бы сотнями миллиардов ни исчислялся годичный экспорт услуг офшорного программирования из этой страны к 2010-му году, там все равно останутся и трущобы, и нищета, и болезни, и коррупция, и гражданские войны, и большинству населения по-прежнему будет нехватать земли, воды и пищи (а некоторым, как прежде, и говна не достанется). Потому что все эти бытовые проблемы, которые, на взгляд европейца, требуют безотлагательного решения, с точки зрения индуса решены много веков тому назад. С ними просто научились жить, не беря в голову. И, возможно, этот индийский урок куда ближе нашему пониманию, чем все успехи тамошнего хай-тека, вместе взятые...


В оглавление номера This page is an archived copy on Gagin.ru personal site